Хмурый полдень XXI век

Кац предлагает драться

Previous Entry Share Next Entry
Когда война Отечественная по-настоящему
пацак
mikhaelkatz



Танк Т 34-85 «Амурский мститель» был построен на средства, собранные его будущим экипажем. Леонид Рудниченко, Иван Бинюков и Николай Агапов служили вместе на Дальнем Востоке. Крепко сдружились. С полуслова понимали друг друга. В лётной части они были техниками и готовили самолёты к учебным и тренировочным полётам.


На фото: экипаж танка Т-34-85 «Амурский мститель» - Л. Рудниченко (слева) и Н. Агапов (справа). На башне машины с одной стороны крупными буквами выведено «РУДНИЧЕНКО Л. М. АГАПОВ Н. Ф.», с другой стороны «АМУРСКИЙ МСТИТЕЛЬ»

В части любили Н. Агапова за его любознательность, за исполнительность и чёткое выполнение команд и поручений. Он был награждён знаком «Отличник РККА», всё время возглавлял комсомольскую организацию эскадрильи. На учебных занятиях или на манёврах - он всегда лучший.

Ещё в 1940 г. он стал коммунистом. Рекомендации для вступления в Коммунистическую партию ему давали боевые лётчики, отличившиеся в боях на озере Хасан. Теперь они знали, что не ошиблись в своём выборе.

Весь полк знал письмо Ивана Бинюкова. Он писал, что гитлеровцы разрушили Запорожье, взорвали ДНЕПРОГЭС, повесили его отца, зверски замучили мать и младшую сестру. Все рвались на фронт, писали рапорта, заявления. Но ответ всегда был один:

Вы и здесь нужны. Вам доверена советская граница: храните её как зеницу ока. А когда будет надо РОДИНА и нам даст боевой приказ.

До командования дошла весть, что друзья собираются убежать на фронт самовольно. И инициатором в этом был Иван Бинюков: ему хотелось отомстить врагу. В подразделение пришёл политработник Егоренко и объяснил:

- Вы думаете только одни хотите на фронт? Да каждый из нас готов к этому. На то мы и присягу принимали. А, что тогда прикажите открыть всю дальневосточную границу? Самураи то рядом. Вы знаете, что они надумают завтра?

Помните, что если вы самовольно покинете часть, вас объявят дезертирами и предадут суду Военного трибунала. Ничего себе патриотами окажетесь!

…Шёл уже четвёртый год войны. Началось освобождение советской земли от фашистских захватчиков. Газеты сообщали о массовом героизме советских воинов и тружеников тыла. Особенно взволновала друзей новая патриотическая инициатива советских людей.

В 1942 г. саратовский колхозник Ферапонт Головатый в фонд Обороны внёс 100 тыс. рублей и просил купить на них самолёт а передать его самому храброму лётчику. Бурят Буянуров внёс в фонд Обороны 130 тыс. рублей, башкиры Хабирзян Богданов и Нурмухамет Мирясов – по 200 тыс., азейрбаджанец Сулейманов Амира Кара-оглы – 250 тыс., а казах Оразбай Букенбаев – 300 тыс. рублей.




Труженики Урала сформировали добровольческий танковый корпус направили в него своих лучших представителей, вооружили, его одели на средства собранные из личных сбережений. Появились танковые колонны и бригады, носящие имена своих создателей: «Челябинский комсомолец», «Челябинский колхозник», Челябинский кооператор», «Челябинский абразивщик», «Тамбовский колхозник», «Ленинград», «Свердловский комсомолец» и т.д.

Горьковчане построили авиаэскадрилью «имени Валерия Чкалова». На различных фронтах Великой Отечественной войны громили врага краснозвёздные самолёты на фюзеляжах, которых красовались надписи «Советский Казахстан», «Советская Грузия», «Бакинский комсомолец», «Советский Татарстан», «Имени 25-летия Башкирии». Строили танки пионеры. Отдельные патриоты покупали пушки, танки, самолёты и передавали их советским храбрецам. По мере освобождения от фашистского ига советских земель появились именные авиаэскадрильи: «Освобождённый Донбасс», «Киевский железнодорожник», «Латышский стрелок» и многие другие.

Эти сообщения Н. Агапов, Л. Рудниченко и И. Бинюков читали с особым волнением, записывали их в свою записную книжку.

Однажды вечером после отбоя, друзья долго задержались в курилке. Много раз перечитали сообщение в «Красной звезде» о том, что трудящиеся Оршской области в благодарность за освобождение их земли от фашистских оккупантов построили для Красной Армии эскадрилью боевых самолётов и с торжественным церемониалом передали её своим освободителям.

- Вот давайте и мы купим себе боевую единицу и поедим громить фашистов, на своей машине. Тогда нам уже никто не откажет, - предложил Н. Агапов.

Л. Рудниченко требовал купить самолёт. Н. Агапов настаивал на танке. И. Бинюков был согласен на всё: лишь бы скорее попасть на фронт и громить врага, отомстить за гибель родных и дорогого Запорожья.

- Рассудите, ребята. - доказывал Агапов, - мы то ведь технари, а не лётчики. На нашем самолёте, кто то воевать будет, а мы опять останемся в обслуге, будем готовить его к полёту. Какой резон! Да и экипаж на самолёте какой? А вот на своём танке, братцы, поломаем мы фрицу рёбра, посчитаем его рёбра.
На том и порешили. Рано утром подсчитали свои сбережения: Н. Агапов – 53 тысяч рублей, Л. Рудниченко – 25 тысяч рублей, И. Бинюков – 10 тысяч. Пошли за советом к капитану Егоринкову. Политработник одобрил инициативу воинов, сожалея что теперь то, наверняка, придётся расстаться с этими хорошими ребятами.

Сдали деньги в полковую кассу. Оказалось, что для покупки танка денег маловато. Л. Рудниченко написал об этом деду М. М. Рудниченко – участнику гражданской войны и тот прислал ещё пятнадцать тысяч рублей. В письме он одобрил поступок своего внука, и наказывал отомстить и за отца, расстрелянного когда-то белогвардейцами. Потом солдаты сдали в комиссионный магазин всё, что приобрели здесь за годы службы, сдали и приобретённые подарки. На помощь пришли и комсомольцы эскадрильи: они собрали ещё около пятидесяти тысяч рублей. Вручая друзьям квитанцию на сданные деньги по просили:

- Только танк назовите «Амурский мститель».

«Танкисты» согласились.

В тот же день в Москву друзья отправили срочную телеграмму:

«МОСКВА. КРЕМЛЬ. И. В. СТАЛИНУ,

В ОТВЕТ НА ПОБЕДОНОСНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ КРАСНОЙ АРМИИ, ГОРЯ ЖЕЛАНИЕМ ПОМОЧЬ БЫСТРЕЕ РАЗГРОМИТЬ НЕМЕЦКО-ФАШИСТКИХ ЗАХВАТЧИКОВ, ПРОСИМ ПОСЛАТЬ НАС В ДЕЙСТВУЮЩУЮ ТАНКОВУЮ ЧАСТЬ. ЧАСТЬ ПРИОБРЕТАЕМ НА СОБСТВЕННЫЕ СБЕРЕЖЕНИЯ. СТАРШИНА АГАПОВ. СЕРЖАНТ РУДНИЧЕНКО. СЕРЖАНТ БИНЮКОВ»

Вскоре из Москвы пришёл запрос о здоровье «трёх танкистов», их технической грамотности. Ответы командование дало самые положительные. Через несколько «танкостроителей» пригласил к себе командующий Краснознамённой Амурской флотилией вице-адмирал П. С. Абанькин. Он объявил:

- Получен ответ на Вашу телеграмму. Верховное главнокомандование благодарит Вас за заботу о Красной Армии. Мне поручено сообщить, что ваше желание удовлетворено. Вы переводитесь в танковую учебную часть. После прохождения учёбы получите танк, построенный на ваши сбережения. Собирайтесь, товарищи, в дальнюю дорогу. Счастливого вам пути. Ни пуха ни пера, - и командующий крепко пожал всем руки.

Друзья обучались в Сормовском танковом училище. Во время занятий по вождению И. Бинюков получил тяжёлую травму. Со слезами на глазах расставался он с друзьями. Больно было не от полученной травмы и увечья, сколько от того что на фронт ему путь отрезан и он не отомстит за гибель родных.

Агапов и Рудниченко заверили друга, что драться они будут за троих и отомстят врагу за поруганную честь нашей Родины, за Днепрогэс, за семьи пострадавшие от фашизма.
В одном из декабрьских номеров, в газете «Красный воин» московского Военного округа была опубликована корреспонденция гвардии капитана Н. Романенко. В ней рассказывалось о благородном поступке патриотов, об успешном окончании напряжённой учёбы, о том что за короткое время они в совершенстве овладели мастерством вождения танка, изучили его материальную часть.




… В морозный декабрьский день роту в которой служили они выстроили с боевой материальной частью. Под торжественные звуки оркестра майор Дандюк снял чехол с новенького танка. На башне машины с одной стороны крупными буквами выведено «РУДНИЧЕНКО Л. М. АГАПОВ Н. Ф.», с другой стороны «АМУРСКИЙ МСТИТЕЛЬ». Это любовно написали красной краской рабочие завода построившие танк Т-34. На митинге были и их представители.

Вручая Л. Рудниченко и Н. Агапову формуляр на танк, майор Дандюк сердечно поздравил их и пожелал товарищам боевых успехов на личной машине.

- Вы назвали свой танк «Амурский мститель». Так деритесь на нём, боевые друзья, как уссурийские тигры, будьте сильны и непобедимы в бою, как полноводный Амур - батюшка. Мы верим в нашу победу и надеемся, что громя врага вы уничтожите фашистского зверя в его логове.

С ответным словом выступил Николай Агапов. Он взволнованно сказал:

- Мечта наша сбылась. Горячо благодарим Коммунистическую партию и Советское Правительство за высокое доверие. Мы едем на передовые позиции. Наш танк не даст пощады врагу. М победим и с честью выполним ваш наказ.

Шли бои за освобождение Правобережной Украины. Враг упорно сопротивлялся. В 4-й гвардейский танковый корпус на 1-й Украинский фронт прибыло новое пополнение. И среди новичков экипаж старшины Н. Агапова. Ивана Бинюкова заменил Александр Витвицкий, уже имеющий боевой опыт. Он ходил в атаку, бывал в разведке, брал «языка» и не простого, а командира немецкого пехотного полка, имел боевые награды.

Наши части готовились к освобождению Кантемировки. Бой начался ранним утром. Город несколько переходил из рук в руки. Наконец, фашисты стали с боями отходить. Бой то затихал, то начинался с новой силой. Вскоре Кантемировка была освобождена полностью. С тех пор корпус стал именоваться «Кантемировским», а на его боевом знамени появился орден ленина.
Тот бой Николай помнит. Командир батальона капитан Кравченко пригласил к себе танкистов и сказал:

- Скоро закончится артподготовка. Вы пойдёте в атаку первыми.

Большие хлопья снега падают на израненную землю. Земля гудит под ногами, стонет от взрывов снарядов и мин. Наши артиллеристы ведут стрельбу чётко и расчётливо. Легендарные «Катюши» то с одного, то с другого места шлют фрицам свои огненные приветы. На линию обороны противника ложатся их багряные подарки.

Ночную тьму полоснула красная ракета. Это сигнал атаки. Взревели моторы. Покрывший машины снег, быстро растаял. «Тридцатьчетвёрка», распахивая снег устремилась на врага. В первой колонне мчится «амурский мститель». Каждая машина рвётся вперёд. Словно не в бой идут они, а на соревнованиях по скоростной езде.

Преодолели проволочные заграждения, стали утюжить вражеские траншеи. В смотровую щель Н. Агапов увидел: драпают фрицы.

- Лёня! Поддай, поддай им гадам, - радостно крикнул он в шлемофон.

Л. Рудниченко стрелял метко, без промаха. Машина вздрагивала от выстрелов, но двигалась вперёд, возглавляя колонну атакующих.

Из-за леса вылезли немецкие «пантеры». Шли они ромбом извергая огонь. В начале боя Л. М. Рудниченко перестарался: он израсходовал много снарядов стреляя по пехоте. А теперь когда надо бить по танкам врага снарядов осталось маловато. Теперь он ведёт огонь расчётливо, экономит снаряды. Уже подбито два вражеских танка. Горят они, как свечи.

В разгар боя артиллерист виновато, докладывает старшине Н. Агапову:

- Товарищ старшина! Снаряды кончились. Что прикажите делать?

Неужели уходить с поля боя? Трусом ведь посчитают, - мыслит механик-водитель. - А без снарядов, что за дело: немец ощиплет нас как курят.

Раздумывая о том, какое принять решение Н. Агапов зорко наблюдал в смотровую щель. Заметил, что один из фашистских танков берёт «в вилку» машину комбата. Ещё один два выстрела и погибнет командир.

-Товарищ капитан! Влево, влево держите. Я иду на помощь. Я «Амурский мститель», - ещё ещё немного влево, - передал по рации Агапов и резко рванул рычаги управления на себя. Машина развернулась на полкруга (180 градусов) и прикрывая своими боками командирский танк рванулась вперёд. Скрежет металла, лязганье гусениц и танк с огромным чёрным крестом завертелся на месте. От сильного удара потемнело в глазах, закружилась голова. Придя в себя Николай понял, что он лобовой бронёй разбил фашисту ходовую часть и тот загорелся. Сам же Николай с большим усилиями сдал машину назад. В первом же бою он совершил танковый таран. Спас жизнь и машину командира.

Враг не выдержал решительного натиска «кантемировцев» и отступил. На поле боя осталось около двадцати фашистских машин. Три из них пришлось на долю «Амурского мстителя».

Затем были бои за освобождении Шепетовки, Северной Буковины, уничтожение немецкой группировки на Сандомирском плацдарме.




… Небольшая польская деревня Сулько. Таких много в Восточной Силезии. Немцы сидели здесь долго и укрепились хорошо. Думали сидеть ещё дольше. В несколько рядов проволочные заграждения, глубокие противотанковые рвы и надолбы, десятки железобетонных дотов. Каждая хата приспособлена для круговой обороны. Бой предстоял тяжёлый. Деревню надо взять. Комбат капитан Кравченко пригласил к себе экипаж «Амурского мстителя» и распорядился:

- Ты Николай - хороший водитель. Умело водишь машину, умеешь маневрировать. Надо прорваться к деревне. Там наши братья и сёстры страдают врагом. Всем батальоном идти нельзя. Погубят нас гады. Вот вы и прорвётесь первыми, зацепитесь за любой бугорок или крайнюю хату. Погоняйте там фрицев. Дайте им шороху. А тут и мы по проложенной Вами дороге на подмогу придём.

Танкисты поняли замысел командира. Заправили машину горючим, взяли полный комплект боеприпасов. Всё тщательно проверили. Они ясно понимали, что нелегко будет прорваться по автостраде. Каждый метр её давно пристрелян.
Где-то глухо говорили пушки. Снаряды взрывали израненную землю, ломали проволочные заграждения. В небе висели вражеские ракеты на парашютах и освещали весь участок предстоящего нелёгкого пути.

Н. Агапов вывел машину на автостраду. Танк плавно и быстро устремился к цели. Враг заметил храбрецов, но очевидно не понял их замысел. Однако вскоер враг опомнился и открыл по танку ураганный огонь. Снаряды рвались сзади и спереди. Это словно гнало танкистов вперёд, и они шли к цели.

Л. Рудниченко и А. Витвицкий открыли прицельный огонь. Загорелось несколько домов. А советский танк уже укрылся за крайним домом. Навстречу смельчакам двинулись «Пантера» и два танка «Т-IV». Наши танкисты упредили врага и подожгли их первыми же выстрелами. Побросали машины немцы и бежать, а по их спинами свинцовая струя пулемётной очереди.

Кравченко наблюдавший за боем, послал на помощь танковую роту старшего лейтенанта Ямпольского. И когда боевые товарищи были почти рядом «Амурский мститель» взорвался от прямого попадания. Наши подумали, что герои все погибли и с возгласами:

- Отомстим за «Амурского мстителя»! - ринулись на врага. И победили.
В неравном бою «Амурский мститель» получил повреждение. Л. Рудниченко был убит. Н. Агапов тяжело ранен. Радист-пулемётчик А. Ветвицкий тоже раненный вытащил друзей из горящего танка и укрыл их в огороде. Только потом произошёл взрыв. Когда комбат Кравченко пришёл на место боя обнаружил друзей. Л. Рудниченко похоронили в освобождённом селе Сулько с почестями. Н. Агапова и А. Витвицкого направили в полевой госпиталь.

Через несколько дней друзья вновь вернулись в свою часть. Гвардейцы кантемировцы встретили их радостно. Обрадовался и капитан Кравченко. Но напустив на себя видимость строгости коротко сказал:


- А где Ваше направление? Нету. Значит до выяснения будете кухню сторожить.

- Как это кухню, товарищ командир,- пытался возразить Н. Агапов.

- А вот так: долечивать Вас будут наши медики. Когда дадут «добро» тогда и в строй поставлю.

В марте 1945 г. войска 1-го Украинского фронта вели бои за реку Нейсе в предгорьях Судет. Бои шли ожесточённые. Противник вводил новые резервы и нашим приходилось тяжело. Движение вперёд затормаживалось.




Агапов и Витвицкий находились на кухне. Они рвались в бой но их не пускали. Танковый батальон получил категорический приказ: во что бы то ни стало форсировать реку Нейсе и на её западном берегу захватить плацдарм, удерживать его до подхода главных сил. Одним танкистам не решить эту задачу.

Тогда-то и вспомнил о «штрафниках» комбат. Весь хозвзвод и обслуга превратились в десантников. Агапов и Витвицкий с автоматами и большим запасом гранат устроились на жалюзях боевых машин.

- Посадил бы вас в машину да танков не хвататет. - словно оправдывался перед ними комбат. Только сейчас они рассмотрели, что Кравченко уже в погонах майора. Это звание ему присвоили на днях.

Танки громыхая и лязгая гусеницами помчались на вражеские позиции. Десантники, поддержанные пехотой пошли в рукопашную. А танкисты занялись немецкими танками, которые пошли на помощь своим. Один «Т-VI», который оторвался от группы вдруг встал. Люк открылся и выскочившие фашисты бросились на утёк, догоняя своих автоматчиков. Наши уложили их автоматной очередью.

- Сашка! Да ведь это наша машина, - радостно вскрикнул Н. Агапов. - За мной!

Через несколько минут Агапов уже орудовал в немецком танке. А. Витвицкий занял место командира машины. Николай развернул машину и повёл её вслед отступающему противнику. Александр поливал цепи врага пулемётным огнём. Агапов прошёлся по траншеям противника, раздавил противотанковую пушку и батарею врага, уничтожил пулемётное гнездо. Но дальше отрываться от батальона не осмелился. Пока немцы принимали его за своего, всё шло хорошо, а там дальше и наши подожгут, ведь они не знают, что в этом танке хозяйничают советские войны Н. Агапов и А. Витвицкий.

После боя, Н. Агапов и А. Витвицкий сдали трофейный танк и получили новую «тридцатьчетвёрку».




Ожесточённый бой развернулся за переправу на реке Ниде, что на польско-германской границе. Её надо взять и открыть путь к переправе. Когда танкисты приблизились, обнаружили, что немцы только что ушли отсюда. Ещё дымятся костры и печки, пахнет теплом. В домике ни души. Три танковых экипажа прорываются вперёд. Из костёла затрещал противотанковый пулемёт. Один прицельный выстрел и пулемёт замолкает. Уничтожили вражескую батарею, которая укрылась на околице и на плечах отступающего противника прорвались через мост на противоположный берег реки. Только они преодолели эту преграду, как группа диверсантов взорвали мост. Взрывников пришлось тоже уложить из пулемётов. Всю ночь советские танкисты, почти в окружении, вели неравный бой, много маневрировали, часто меняли свои позиции. На рассвете подошли на помощь советские автоматчики. Бой вёл уже только один танковый экипаж, воглаве с Николаем Агаповым.

Путь на Берлин был открыт.
Под Дрезденом танк Агапова был подожжён из фаустпатрона. Погиб боевой товарищ Александр Витвицкий, получил ранение и старшина. От шальной пули погиб командир батальона майор Кравченко. Эту страшную весть Н.Ф. Агапов получил в госпитале.

Бои шли уже в Берлине. Ему хотелось самому принять участие в этих боях, выполнить наказ амурских комсомольцев и сормовских строителей танка. Выпросившись в наряд на кухню он получил обмундирование и впервые ослушался командиров, точнее врачей. Явился в родной батальон, который уже имел приказ: выступить на помощь восставшей Праге.

Разгромив большую группировку противника западнее Дрездена, советские танкисты в течении ночи преследовали его на расстоянии почти ста километров и полностью уничтожили.

На рассвете 9 мая 1945 г. советские танкисты вступили в Прагу и очистили столицу братской Чехословакии от фашисткой нечисти. Среди воинов-освободителей был и танковый экипаж Николая Фёдоровича Агапова.

Освобождённая от фашистского ига облегчённо дышала чехословацкая земля. Зеленели поля и леса, появлялись первые всходы. Это были и всходы новой социалистической жизни. Советские солдаты выполнив свою освободительную миссию возвращались домой. Танкистов — кантемировцев, как и всех советских воинов торжественно провожали на родину. Именно в эти дни получил своё полное признание девиз первого рабочего президента Народной Чехословакии Климента Готвальда: С Советским Союзом - на вечные времена!



Николай Федорович Агапов в преклонном возрасте


Возвращались они по тем же местам, где недавно шли бои. Разрушенные города и сёла, дымились ещё их пепелища, истерзанная сражениями земля, поредевшие деревья. Много братских могил. Здесь Н.Агапов похоронил своих боевых друзей Л. Рудниченко, А. Витвицкого, комбата Кравченко и других. Он знал, что могилы освободителей всегда будут напоминать о героическом подвиге советского народа, воина — освободителя. Они же будут вечным и серьёзным предупреждением тем, кто и сегодня бряцает оружием, кто игнорирует уроки истории и пытается вновь организовать международную бойню.




  • 1
Ну вот почему такой слащавый слог, как из уваровских лубков 1812 года?

  • 1
?

Log in

No account? Create an account