Хмурый полдень XXI век

Кац предлагает драться

Previous Entry Share Next Entry
Трагедия в Восточной Пруссии 1914. Часть 1
пацак
mikhaelkatz



Совсем недавно прошла сто вторая годовщина завершения Восточно-Прусского похода Русской Императорской Армии в августе-сентябре 1914 года. 102 года отделяет нас от катастрофы, с которой началась Первая Мировая для Российской Империи и её армии.

На фото: русская пехота вступает в Восточную Пруссию 1914 год

Оригинал взят у mayorgb в Восточно-Прусская трагедия 1914. Часть 1

Вокруг Восточно-Прусской операции августа-сентября 1914 года давно ходит великое множество мифов. Один из самых живучих - это миф о том, что эта операция, начатая до завершения развёртывания русских войск закончившаяся страшным поражением для России, спасла Францию от якобы неминуемого поражения. По сей день можно прочитать в литературе и услышать в "документальных" кинолентах, что уничтожение 2-й армии генерала от кавалерии Александра Васильевича Самсонова не позволило германцам одержать победу в переломном сражении 1914 года на реке Марна к востоку от Парижа. Отдельные лица (в основном, монархических или белогвардейских убеждений) рассказывают, как первые лица Третьей Республики, оказывается, буквально ползали на коленях перед Николаем II и тогдашним Главнокомандующим, Великим Князем Николаем Николаевичем младшим, слёзно умоляя русских побыстрее начать наступление.



Николай II и вел. кн. Николай Николаевич - младший на маневрах в Красном Селе

Ввиду этого, начиная своё короткое сообщение о ходе Восточно-Прусского похода и его роли в кампании 1914 года, я должен сразу оговорить, как планировали действовать Россия и Франция в начале войны. Для этого обратимся к франко-русской военной конвенции, подписанной в Санкт-Петербурге в августе 1892 года.

Рассмотрим наиболее важные для нас параграфы этой конвенции: 1-й и 3-й - именно в них оговаривались конкретные действия сторон в случае начала войны.

1-й параграф данной конвенции гласил:

"Если Франция подвергнется нападению Германии или Италии, поддержанной Германией, Россия использует все находящиеся в ее распоряжении силы для нападения на Германию. Если Россия подвергнется нападению Германии или Австрии, поддержанной Германией, Франция использует все находящиеся в ее распоряжении силы для борьбы с Германией".

В 3-м параграфе значилось:

"Силы, которые должны быть использованы против Германии, определяются для Франции в 1.300.000 человек для России от 700.000 до 800.000 человек.
Эти силы предпримут решительные действия возможно скорее, дабы Германия вынуждена была одновременно бороться на востоке и на западе".


В 1-м параграфе сразу обращает на себя внимание, что русские обязательства стоят впереди французских. Это лишний раз косвенно подтверждает главенствующую роль в союзе Франции и подчинённую - России. Впрочем, в этом нет ничего удивительного - ведь Россия была связана французскими кредитами, а также множественными инвестициями французского капитала в российскую экономику. Одно это обуславливало главенство в России политиков "франкофильского" толка. В сущности, высшие политические и экономические круги Франции стремительно превращали Россию во французский доминион почти теми же средствами, какими германцы превращали в свой доминион Турцию.



Что же касается начала войны, то сразу видно, что в случае начала войны обе стороны - и Франция, и Россия - должны предпринять немедленные активные действия наступательного характера против Германии. Это обязательство, прежде всего, было на руку Франции, поскольку Германия была основным противником Франции, тогда как Австро-Венгрия даже не имела с ней общей границы, а потому столкновение войск Третьей Республики и империи Габсбургов, виделось маловероятным. Впрочем, на этот случай у Франции был противовес в лице Сербии, также, как и Россия, изрядно задолжавшей Парижу.

Словом, проведение Восточно-Прусской операции было, безусловно, в интересах Франции, и поход русских войск в Восточную Пруссию был предопределён ещё в 1892 году. Французы, памятуя о том, к чему привела бравада, охватившая империю Наполеона III в июле 1870 года, теперь действовали максимально осторожно, создавая стратегические противовесы для Германии везде, где это было возможно. "Острый галльский смысл" чувствовался во всех планах Антанты.

Но стоит отметить, что российское руководство более чем охотно шло на поводу амбиций французских союзников, при том замыслы и заявления представителей российской элиты зачастую были совершенно не сообразны возможностям Российской Империи. Ярким примером тому служит данное генералом от инфантерии Николаем Николаевчем Янушкевичем в августе 1913 года обещание выставить 15-й день с начала мобилизации только против Германии группировку в 800 тысяч человек и начать активные боевые действия. То же самое обещал и тогдашний начальник русского Генерального Штаба генерал от кавалерии Яков Григорьевич Жилинский.

           

генерал от инфантерии Н. Н. Янушкевич                   генерал от кавалерии Я. Г. Жилинский

Мобилизация в Российской Империи была объявлена 31 июля 1914 года, следовательно, согласно обещанию Янушкевича уже 14 августа должно было начаться наступление 800-тысячной русской группировки на Восточную Пруссию. Вот только скорость мобилизации и развёртывания русских войск явно не соответствовали обещанию Янушкевича. По плану на 15-20-й день мобилизации готовность Северо-Западного фронта определялась в 50%. А потому у французов были все основания опасаться, что обещание русских выступить на 15-й день с начала мобилизации не будет выполнено, поскольку развёртывание русских войск не завершится. И все слова о том, как руководство Франции якобы просило о раннем начале русского наступления, просто не соответствуют реальности. Во-первых, потому что руководители Третьей Республики не просили и не умоляли, а требовали, и требовали они от командования Русской Армии не начать наступление как можно быстрее, а начать наступление в обещанный срок, то есть выполнить данное перед войной обязательство.

Да и были ли вообще у французов основания "умолять" русское командование начать наступление пораньше? Для ответа на этот вопрос следует обрисовать ситуацию на Западном фронте.

С самого начала боевых действий германцы столкнулись на Франко-бельгийском фронте с серьёзными неожиданностями и трудностями. Первые дни войны ясно показали, что сама идея быстрого разгрома Франции, бывшая краеугольным камнем германского плана войны, происходила от сплава непомерного фанфаронства с безудержным авантюризмом. Планируя кампанию на западе, германские стратеги опирались на множество допущений.

Первым таким допущением была надежда, что Бельгия сохранит нейтралитет и пропустит германские войска через свою территорию. Второе допущение проистекало из англофилии, пронизавшей германскую элиту. Немцы до последнего надеялись, что если Британия и вступит в войну против Германии, то ограничится боевыми действиями на море да субсидиями и поставками вооружений своим союзникам. Именно поэтому после высадки британского экспедиционного контингента в Европе в Германии стали многомиллионными тиражами печататься листовки, открытки и плакаты с мольбой: "Gott, strafe England!" ("Готт, штрафэ Энгланд!" - Боже, покарай Англию).



Боже, покарай Англию!

Что до Бельгии, то германцы надеялись, что даже если она и объявит Германии войну, то войска Райхсхеера, проникнутые прусским "железным духом атаки" и оснащённые оружием, разработанным носителями сумрачного германского гения, просто сметут 175-тысячную армию маленького королевства. Ожесточённое сопротивление бельгийской армии стало совершенной неожиданностью для германских военачальников, ослеплённых присущим немецкой военной аристократии чванством. Крепость Льеж, к которой германцы подошли 5 августа с расчётом взять её быстрым решительным ударом, пала лишь 16 августа, после того как поля под фортами и бастионы Льежа оказались обильно политы кровью тысяч сынов Германии. Брюссель пал 20 августа, и бельгийские войска были оттеснены в западную часть страны, к Антверпену, но продолжили оказывать ожесточённое сопротивление, оттянув на себя значительные силы германцев.



Бельгийские солдаты в предместьях Льежа

7 августа началось предусмотренное французским планом №17 наступление французских войск на территорию Германской Империи. Французам удалось достичь некоторого продвижения и занять ряд городов в Лотарингии, германские войска оказались отброшены к Рейну. Однако с подходом свежих сил германцы смогли после середины августа втянуть французов в тяжёлые кровопролитные бои.



Французские пехотинцы атакуют

20 августа главная ударная группировка Райхсхеера подступила к франко-бельгийской границе. Это поставило крест на замысле французов сорвать германский план кампании наступлением вглубь германской территории. Ошеломлённые понесёнными в Бельгии потерями и неудачами в боях с французами за Рейном германские военачальники и штабисты стали приходить в себя, прусский гонор вновь стал овладевать ими. Высадившиеся британские войска немцы поначалу всерьёз не воспринимали. Кайзер Вильгельм II в приказе от 19 августа требовал от германских войск "истребить <...> вероломных англичан и без труда разбить презренную маленькую армию генерала Френча". Кровь, пролитая под Льежем, не смогла смыть германской спеси.
В начале третьей декады августа германские войска развернули наступление на территорию Франции по всему фронту. Им сопутствовал успех, и 24 августа франко-британские армии начали организованное стратегическое отступление.



Французские солдаты на привале

В общем, подытоживая, мы можем сказать, что до 20 августа у французов вообще не было оснований для паники и тем более слёзных просьб к русским как можно скорее начать наступление. А вот опасения, что из-за медлительности в развёртывании русские войска не начнут наступление в обещанный срок, и германцы получат возможность усилить свои войска на Франко-бельгийском фронте, были, и имели под собой веские основания.

Тем не менее, с чисто формальной стороны командование Русской Армии выполнило обязательство. Уже 13 августа Великий Князь Николай Николаевич поставил перед Северо-Западным фронтом задачу перейти в наступление. Вторя ему, назначенный Главнокомандующим Северо-Западным фронтом генерал Жилинский отдал 1-й (Неманской) армии генерала от кавалерии Павла Карловича фон Ренненкампфа приказ начать выдвижение 14 августа, 17 августа вступить в пределы Восточной Пруссии и далее наступать севернее Мазурских озёр, дабы отрезать 8-ю германскую армию от Кёнигсберга. 2-й (Наревской) армии генерала от кавалерии Александра Васильевича Самсонова, дислоцировавшейся к югу от Восточной Пруссии, надлежало выступить в поход 16 августа, чтобы 19 августа пересечь границу и далее, обходя с запада Мазурские озёра, не допустить отхода германских войск за Вислу.

Стоит отметить, что поскольку германцы в Восточной Пруссии намеревались придерживаться сугубо оборонительной стратегии, то интенсивных боевых действий до 17 августа быть не могло, так что строго говоря, данное Янушкевичем перед войной обещание выполнено не было, тем более что о 800-тысячной группировке не шло и речи.

         
Генерал от кавалерии П. К. фон Ренненкампф         Генерал от кавалерии Александр Васильевич Самсонов

1-я армия, атаковавшая Восточную Пруссию с востока, состояла из 3 армейских корпусов (6 пехотных дивизий, 1 стрелковая бригада, 3 Донских казачьих полка, 3 отдельные Донские казачьи сотни), 2 Гвардейских и 3 линейных кавалерийских дивизий, 1 кавалерийской бригады, а также артиллерийской бригады из состава 73-й пехотной дивизии. Таким образом, Ренненкампф под своим началом имел 6,5 расчётных пехотных и 5,5 расчётных кавалерийских дивизий (без учёта казаков).

В состав 2-й армии входило 6 армейских корпусов (11 линейных и 1 Гвардейская пехотных дивизий), 1 стрелковой бригады, 3 кавалерийских дивизий, 1 тяжёлой артиллерийской бригады. Соответственно, в общем под командованием Самсонова действовало 12,5 расчётных пехотных дивизий и 3 расчётные кавалерийские дивизии.

В общем боевой состав вторгшихся в Восточную Пруссию русских войск измерялся в 19 расчётных пехотных дивизий, 9,5 расчётных кавалерийских дивизий. Численность этих войск в точности определить затруднительно - сосредоточение и развёртывание не было завершено, многие дивизии не имели даже дивизионных обозов. Ввиду этого многие пехотные дивизии не дотягивали до штатной численности в 21 тысячу человек, равно как многие корпуса не имели положенных по штату 48 тысяч человек. В общем, из обещанных Янушкевичем 800 тысяч человек Ренненкампф и Самсонов привели в Восточную Пруссию в лучшем случае половину. Правда, половину эту составили лучшие кадровые войска Русской Императорской Армии, полки, обладавшие славной боевой историей.

         

Генерал-полковник М. фон Притвитц              генерал-лейтенанта Г. фон Франсуа          

Тем не менее, значительное численное превосходство русских армий над германскими войсками, оборонявшими Восточную Пруссию, неоспоримо. В составе германской 8-й армии генерал-полковника Максимиллиана фон Притвиттца имелось 3 кадровых армейских корпуса (6 кадровых пехотных дивизий), 1 резервный армейский корпус (2 резервные пехотные дивизии), а также 3 отдельные резервные дивизии, 1 ландверная дивизия, 2 ландверные бригады, 1 кадровая кавалерийская дивизия - всего 13 расчётных пехотных дивизий (из них только 6 кадровых) и 1 расчётная кавалерийская дивизия. Всего в Восточной Пруссии с учётом крепостных гарнизонов насчитывалось около четверти миллиона человек, из них 8-я армия составляла порядка двухсот тысяч. Германская пехотная дивизия по штату должна была состоять из 16,6 тысяч человек, корпус - из 45 тысяч, но соединения 8-й армии не были полностью укомплектованы. К тому же ландверные соединения отличались худшей технической оснащённостью, порой вообще не имели пулемётов, и испытывали острый недостаток в современных средствах связи.

17 августа 1-я армия генерала Ренненкампфа вступила на территорию Восточной Пруссии. Впрочем, действия Неманской армии сложно назвать скоординированным наступлением, поскольку они представляли собой независимые манёвры отдельных корпусов, даже границу пересёкших не единовременно и без взаимного согласования, ориентируясь только на собственную готовность.



1914 г. германская пехота в обороне

Первый крупный бой между русскими и германскими войсками произошёл 17 августа у города Шталлупёнен. Против 4 русских пехотных дивизий на первом этапе действовала одна лишь 2-я германская пехотная дивизия из состава 1-го армейского корпуса генерал-лейтенанта Германа фон Франсуа. Но даже имея пятикратное численное превосходство, русские войска не добились успеха, а когда генерал Франсуа подтянул к месту сражения 1-ю пехотную дивизию, германцы пошли в атаку, нанеся нашим дивизиям существенный урон.

Генерал Притвитц, ссылаясь на несоответствие действий Франсуа стратегическому плану, приказал 1-му армейскому корпусу отступать к Гумбиннену, на что получил от командующего 1-м корпусом ответ: "Скажите, что генерал Франсуа отступит лишь когда разобьет русских!" К исходу дня русские части в некоторых местах были даже отброшены к границе. Тем не менее, войска генерала Франсуа в два раза уступали русским силам числом, и потому по завершении боя 1-й армейский корпус отошёл. Потери его составили 1,3 тысячи человек, из них 68 раненых и 14 санитаров попали в плен. Русские войска потеряли 7,5 тысяч человек, в том числе пропавшими без вести почти 4,5 тысячи человек (большая их часть попала в плен). Основная масса этих потерь (почти 6,7 тысяч человек) пришлась на 27-ю пехотную дивизию, после Шталлупёненского боя выведенную на переформирование. Командирам отошедших с поля боя полков Ренненкампф грозился полевым судом.



Русская стрелковая цепь

19 августа состоялся бой у деревни Каушен. 3 русские кавалерийские дивизии (из них 2 - Гвардейские), всего 12 полков, пытались конными атаками, практически не применяя имеющуюся в дивизиях артиллерию, опрокинуть закрепившиеся на позициях части ландвера - 2 батальона и 1 батарею. Исход боя решила дерзкая атака кавалерийского эскадрона под командованием ротмистра Врангеля, разбившего германский артиллерийский взвод.



Только после этого боя ландвер отошёл. Потери русской кавалерии: 81 человек убит, 22 пропали без вести, 293 ранены. Германские потери составили 66 человек убитыми и 122 ранеными, 30 попали в плен, 2 орудия были захвачены русскими конниками. Русский кавалерийский корпус был отведён в район Лиденталя для приведения в порядок и пополнения боезапаса.



Гвардейская кавалерия в августе 1914 года

Генерал Ренненкампф так оценил произошедший бой: "Как и прежде, остаюсь при полном убеждении, что действия крайне неудачны. В отношении начальника 3-й кавалерийской дивизии генерал-лейтенанта Владимира Карловича Бельгарда командующий 1-й армией был особенно критичен: "...Бельгард меня буквально возмущает. Неужели генерал, дошедший до должности начальника дивизии, не знает, что для действительности обхода ему надо было взять свои три батареи. Противник, взятый с обоих флангов под анфиладный артил. огонь, был бы уничтожен".



Русские войска на улицах восточно-прусского города

20 августа на рубеже Гумбиннен-Гольдап состоялось первое крупное сражение между русскими и германскими войсками.

На северном фланге 1-й корпус Франсуа обрушился на русский 20-й армейский корпус генерала от инфантерии Владимира Васильевича Смирнова. Основную тяжесть германского удара приняла на себя 28-я пехотная дивизия генерал-лейтенанта Анатолия Николаевича Розеншильда фон Паулина, принуждённая отойти под прикрытие своей артиллерии и понёсшая огромные потери - более 7 тысяч человек, 8 орудий, 23 пулемёта. Германская кавалерийская дивизия совершила рейд в тыл русских войск и захватила Пилькаллен. В середине дня на помощь обливающейся кровью 28-й дивизии подошла 29-я пехотная дивизия под командованием генерал-лейтенанта Николая Алексеевича Лашкевича, благодаря чему ситуация была выправлена, и русские части даже смогли контратаковать, хотя в целом положение до конца дня оставалось критическим.



генерал кавалерии А. фон Макензен

В центре в атаку пошёл германский 17-й армейский корпус, ведомый участником Франко-прусской войны, будущим творцом Горлицкого прорыва, победителем Сербии и Румынии, генералом кавалерии Августом фон Макензеном (22 июня 1915 года он будет произведён в генерал-фельдмаршалы). Макензен направил свои войска в бой в полном соответствии с "железным духом атаки", но не следуя при этом одному из основных постулатов германской тактики: "Атаковать - значит продвигать огонь вперёд". Германцы сомкнутым плотным строем, едва ли не колоннами, в полный рост ринулись в штыки, впереди своих частей ехали верхом офицеры, шпагами указывая направление атаки, а артиллеристы выставили орудия на открытую позицию. Ни к чему хорошему для германцев подобный метод атаки не привёл, да и не мог привести, если учесть, сколько внимания после Русско-японской войны было уделено тактической (в особенности огневой) подготовке русских войск. Под шквальным огнём русских частей 17-й армейский корпус потерял круглым числом 8 тысяч человек, в том числе две сотни офицеров. Многие германские солдаты, не выдержав творившегося вокруг них кошмара, потеряли выдержку и бросились бежать - случай почти исключительный в Первой Мировой. Тем не менее, когда русский 3-й армейский корпус генерала от инфантерии Николая Алексеевича Епанчина перешёл в контратаку, пошатнувшиеся было германцы устояли, хотя и потеряли 12 орудий.

На юге, у города Гольдап, в полдень сошлись в бою русский 4-й армейский корпус генерала от артиллерии Эриса Хана Алиева и германский генерала пехоты Отто фон Белова. И русские, и германские войска под Гольдапом не переходили к решительным действиям, ограничившись по преимуществу огневым боем, и к исходу дня позиции сторон существенного изменения не претерпели.

К исходу 20 августа Гумбиннен-Гольдапское сражение стихло. Исход его поначалу был неопределённым.
Германские атаки либо не дали решительного результата, либо вовсе провалились. Германские войска потеряли безвозвратно 8,2 тысячи человек, из которых 1,4 тысячи попали в плен, и 6,4 тысячи ранеными - всего 14,6 тысяч человек, а также 13 пулемётов и 12 орудий. Но и в русских полках не досчитались многих воинов - даже без учёта кавалерийских частей наши потери превысили 18,8 тысяч человек, из них в плен, по германским заявкам, попало 9,5 тысяч человек. Также было потеряно 40 пулемётов, 12 орудий, 1 знамя.

Тем временем германцам стало известно о выдвижении на юге 2-й армии Самсонова. Это, а также потери 17-го корпуса, вынудило Притвитца отказаться от продолжения сражения на следующий день, и он отдал приказ об общем отходе. Прикрывшись кавалерийской дивизией, германцы организованно отступили с поля сражения, что дало повод русской стороне заявить о победе.

О том, как и почему состоялась катастрофа, читайте в следующей части.



  • 1
Типа Парижск спасли. Расстроили планы фон Шлифенов. Выиграли время для "чуда на Марне". Правда в Парижске считают, что чудо - дело Провидения. Поэтому все благодарности только ему. Обычное дело: всё что мы вам должны, мы вам прощаем. А вот было бы в Парижске больше русскоязычных интеллигентов, то ещё и каяться бы пришлось ...

  • 1
?

Log in

No account? Create an account